Запретная страсть графини Оболонской

Модератор: Deidara-senpai

Re: Запретная страсть графини Оболонской

Сообщение Sestra » 07 май 2013, 12:38

Rudya писал(а):Какая милая дама. Для светского общества такие, как она - просто находка. Утешит, успокоит, разъяснит, даст совет... Чудо же)
Главное, чтобы она не направила свою активность против нашей графини)
Да и чтобы Галина не наделала слишком уж больших глупостей - она и без того на грани.


Всем так приглянулась МС, что прийдется уделить ей чуть больше времени в сериале, чем планировалось изначально...Решила что без нее не будет нужного духа интриг того времени...Насчет активности...так это...не делала б графиня глупостей...ну, и никто бы против не был...А так :twisted:
Sestra
Новичок в "Симсах"
 
Сообщения: 22
Зарегистрирован: 27 мар 2013, 19:55
В кошельке: 5.00
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 33 раз.

Re: Запретная страсть графини Оболонской

Сообщение Мальвина » 08 май 2013, 11:26

Прочитала все главы. Мне очень понравился и стиль написания и сюжет)
Да уж, в то время брак по любви был большой редкостью. Чаще всего супруги искали счастья на стороне .
Надеюсь,что и у Галины все более менее сложиться))
В общем,с нетерпением жду продолжения))
Изображение
Аватара пользователя
Мальвина
Опытный геймер
 
Сообщения: 820
Зарегистрирован: 07 июн 2012, 19:18
В кошельке: 142.00
Откуда: Харьков
Благодарил (а): 204 раз.
Поблагодарили: 338 раз.

Re: Запретная страсть графини Оболонской

Сообщение Sestra » 23 май 2013, 00:45

Глава 10. Воспоминания.

Несмотря на то, что разговор с Рубец внушил графу некоторое спокойствие (особенно слова Марии Степановны, что жена его не из тех женщин, что готовы «бросить вызов» свету), Борис Михайлович долго не мог заснуть из-за меланхолично-ностальгического настроения. Сами собой перед глазами и в памяти всплывали образы, события последних счастливых лет супружеской жизни. Вспомнилась ему и первая встреча с Галиной Григорьевной так, будто это было вчера.
Леопольд Парадиз устраивал бал для отроков в честь Нового года. Являясь одним из учеников танцмейстера*, Борис Михайлович получил приглашение на сие мероприятие. Отказать педагогу, которого Оболонский безмерно уважал, было неудобно, хотя его мало занимала перспектива весь вечер «тренировать» юных дев и слушать их робкие попытки вести светские беседы. Граф приготовился скучать, ведь вряд ли его, искушенного светом человека, чем-то мог удивить детский бал. Единственное, что воодушевляло в стремлении не подвести своего учителя, так мысль о непродолжительности танцевального вечера и последующая премьера исторического представления «Начальное управление Олега» знаменитого Ле Пика в Эрмитажном театре. На нее были в качестве некоторого поощрения приглашены все взрослые участники бала. Борис Михайлович находился в предвкушении, ведь постановки с участием учеников мэтра Парадиза, всегда, имели оглушительный успех.

http://eliir.narod2.ru/Moccart_Volfgan_ ... ov.com.mp3

Приехал Оболонский позже прочих, так как его задержало неотложное государственное дело. Все партнеры к тому времени были распределены и двигались по залу в размеренном менуэте. Но дам, все же, присутствовало несколько больше, а потому некоторые юные кокетки скучали в одиночестве, переминаясь с ноги на ногу и готовые пуститься в пляс при первом представившемся случае. Увидев одного из лучших своих учеников, Леопольд безмерно обрадовался и поспешил к нему на встречу со словами любезности:
-Борис, мой юный друг, вы все же решили не расстраивать своего учителя и почтили своим присутствием мой вечер.
-Извините, мэтр, меня задержали неотложные дела. Иначе…

Изображение

-Полноте. Главное вы здесь. И очень вовремя, - перебил он Оболонского и, понизив голос, добавил:
- Мои организаторские способности оказались не на высоте. Кто ж мог предположить, что каждая благородная дама будет считать своим материнским долгом: отправить дочь на мой бал.
Борис Михайлович с сочувствием посмотрел на педагога.
-Вы – мой спаситель! Есть одна ученица. У нее талант от Бога, но не хватает практики, - Борис Михайлович закатил глаза, предчувствуя дальнейший ход беседы, а тем временем Леопольд продолжал свой монолог, увлекая за собой Оболонского вглубь залы, - это неземная нимфа. Ее грация и изящество покорили мое сердце. Жаль, но достойного партнера бедняжке не нашлось, ибо я намеренно не хотел ставить ее в неравную пару. И вот вы…вы пришли.
Борису Михайловичу льстило, что педагог так высоко оценивает его скромные танцевальные таланты. На лице даже промелькнула самодовольная улыбка. В этот момент Леопольд остановился у одной из колон, в тени от которой стояли две юные девы. Обе присели в ответном реверансе. Одна из них была весьма не дурна собой, грациозность лани чувствовалась даже в этом дежурном знаке этикета. При этом в девушке присутствовала некоторая дерзость и смотрела она, как будто с вызовом, прямо в глаза.
-Ольга Павловна Белевская - то самое юное дарование, о котором я вам говорил, - коротко представил Парадиз свою ученицу.
Другая же барышня стояла, опустив голову так, что при приглушенном свете совершенно невозможно было разглядеть ее лица.

]Изображение

Девушка Борису Михайловичу показалась не в пример спутнице очень застенчивой, робкой и какой-то хрупкой. У него вдруг возникло странное желание прижать к себе ранимое создание и закрыть ее от суровости мира, от возможных невзгод, недобрых взглядов…Борис Михайлович даже пару раз помотал головой, чтобы избавиться от нахлынувшего странного чувства.
-Галина Григорьевна Арсентьева – сестра моей ученицы mademoiselle Белевской, - продолжил церемонию Парадиз, - Один из лучших моих учеников - Борис Михайлович Оболонский.
Хоть граф и неоднократно слышал похвалу от своего учителя, в этот раз, почему то жутко смутился. У него совсем пропало желание выслушивать дальнейшие хвалебные речи педагога, а потому он решил сделать то, чего так желал танцмейстер: пригласить Ольгу Павловну на танец. Борис Михайлович согласно этикету сдобрил приглашение на мазурку витиеватым комплиментом и поклонился, как ему казалось, ученице мэтра. Но вышел конфуз, ибо ее спутница приняла данное действо на свой счет и присела в реверансе. Теперь уже согласно правилам хорошего тона Борис Михайлович не мог показать, что изначально предложение танца предназначалось другой даме, а потому партнершей Оболонского по мазурке стала Арсентьева.

http://eliir.narod2.ru/I._S._Bah_G._Gul ... yer.fm.mp3

Лишь, выйдя в центр залы, Борис Михайлович смог в полной мере разглядеть барышню. Впечатление, которое произвело на него юное создание, трудно описать. Он стоял пораженный и неспособный пошевелить собственными конечностями. Никогда прежде он не видел столь совершенное существо. Она была подобна ангелу, спустившемуся с небес. Платье из нежнейшего кружева легкое и воздушное очерчивало тонкий стан, а рукава напоминали крылья. Казалось, взмахни руками, и воспарит она над суетливыми парами дам и кавалеров.

Изображение

Видимо, в тот момент Борис Михайлович окончательно лишился рассудка (другого объяснения он не находил даже спустя столько лет) раз решился совершить неслыханный по дерзости поступок. Никогда ни до, ни после он так не позорился в свете. Но в тот момент Оболонский был уверен, что лишь танец столь же легкий и воздушный, должен быть исполнен неземным существом. Ему хотелось видеть грацию с коей Галина Григорьевна будет «летать по залу», а рукава и подол будут развеваться в турах вальса. В то мгновение он забыл о запретах, приличиях, о переполненном зале. Была лишь она и он. Были лишь ее глаза. Борис Михайлович не понимал как вообще столь Божественный танец, как вальс, можно считать развратным и неприличным**. Он подхватил ничего не понимающую партнершу и закружил ее в вихрях непристойного танца. Что само по себе уже являлось неслыханной дерзостью, а при условии, что ритм мазурки никак не сочетался с размерностью вальса, неудивительно, что они столкнулись с танцующей по соседству парой.

Изображение

И пока верный этикету Борис Михайлович приносил извинения даме и кавалеру, которые неожиданно появились на пути у поклонника вальса, его партнерша решила покинуть бал. Краем глаза он успел заметить, как зардевшаяся юная особа выбежала из залы со слезами на глазах. Сестра Арсентьевой последовала за ней.

Изображение

После случившегося конфуза Леопольд посмотрел на ученика с сочувствием. Это был один из любимейших танцев мастера.
-О, как я вас понимаю! – горячо воскликнул мэтр, - Подобное воздушное создание достойно лучшего из танцев!
-Хм, - невесело усмехнулся смутившийся Борис Михайлович, - еще бы объяснить сей факт барышне. Мне кажется, она не простит мне подобной дерзости.
Оболонский поспешил разыскать Галину Григорьевну и застал ее вместе с сестрой садящимися в экипаж. Он пытался все объяснить, извиниться за столь ужасное поведение. В ответ смущенная девушка не могла вымолвить и слова, зато бойкая кузина заявила:
-Довольно! Вы и так выставили мою сестру в дурном свете! – она крикнула, обращаясь к кучеру, - Трогай, живо!

Изображение

Это потом Борис Михайлович узнает, что лишь по счастливой для него случайности Галина Григорьевна оказалась в тот вечер на балу. Накануне мать Ольги Павловны захворала, отпускать дочь одну она не хотела и потому упросила брата, чтобы племянница приехала в Петербург на Новогодние праздники. Да и довод подходящий нашла: «Галеньке скоро 16, а она ни разу не посетила даже детского бала, так и в девках засидеться недолго!»
Это потом будет сватовство, свадьба, счастливая жизнь…
А в тот вечер было лишь жуткое желание провалиться сквозь землю и безумное отчаяние, что она никогда не простит столь опрометчивого поступка. Из-за своего ужасного настроения Борис Михайлович даже в театр не поехал.
Чего только стоил обед в имении отца Галины Григорьевны, когда бедняжка считала его, чуть ли не исчадьем ада. В тот день, Оболонский, как никогда, был близок к тому, чтобы отступить. И лишь эта алчная, жуткая женщина – Светлана Петровна, внушила ему уверенность, что Борис Михайлович поступает верно. Он должен был спасти свою Галеньку от этого демона в женском обличье!
__________________________________________________________________
* танцмейстер (устарев.) – учитель танцев.
** В России вальс подвергался гонениям до 1830 года. Считалось неслыханной дерзостью, танцевать сей «непристойный» танец. То, что во время танца кавалер брал даму за талию, было очень необычным на взгляд человека XVIII в. - ведь в большинстве танцев той эпохи партнеры соприкасались лишь кончиками пальцев. Из-за этого поначалу многие сочли вальс "безнравственным" танцем. Невзлюбила его и Екатерина II, и только после кончины жены Павла I он был "допущен" ко двору.
Sestra
Новичок в "Симсах"
 
Сообщения: 22
Зарегистрирован: 27 мар 2013, 19:55
В кошельке: 5.00
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 33 раз.

Re: Запретная страсть графини Оболонской

Сообщение Sestra » 27 май 2013, 19:19

Глава 11. На Вознесенской.

Дом на Вознесенской улице не сразу приобрел дурную славу. Когда-то он принадлежал вполне респектабельному человеку,который трагически закончил свою жизнь под колесами экипажа. Его вдова ничего не смыслила в комерции, а потому оставленная купцом лавка быстро разорилась. И даме ничего не оставалось, как сдать в аренду огромный особняк, а самой с семейством переехать в каморку на окраине Петербурга. Сняла данный дом ушлая немецкая особа - Малазита Винтерхальтер. Фрау приехала в Россию из Дрездена еще совсем юной девушкой. Она была весьма недурна собой,а потому не имела недостатка в мужском внимании. Кроме того дама никогда не гнушалась подарками от своих любовников, считая, что за молодость и красоту нужно платить. Пока недостатка в средствах барышня не испытывала, но годы брали свое, и с недавних пор она всерьез стала задумываться о будущем. Считая, что ее нежные ручки не созданы для работы прачки, дама решила открыть заведение, подобных которому в Петербурге еще не было. Фрау уже давно смекнула, что многие мужчины согласно существующим законам жениться не могут: солдаты, офицеры до достижения 29 лет. Русские же женщины в основе своей не обладали фривольным характером и отказывались дарить столь желанную мужчинами ласку вне брака.Так почему бы на этом не заработать?! Не мешкая, немка набрала с штат девушек - иностранок. И по прошествии двух недель заведение приветливо распахнуло свои двери.

Изображение

Проработало оно недолго из-за нечестности хозяйки: одна из девушек написала императрице, как ее обманом заманили в ужасное место. Заведение закрыли, а Дрезденшу (сие прозвище получила хозяйка) отправили в острог.
Но с приходом к власти Павла влиятельные "друзья" хозяйки не только помогли даме избежать оков, но и раздобыли дозволение возобновить свою деятельность. Единственным условием Павла стало то, что помимо наличия желтого билета* женщины данной профессии должны были носить и платье соответствующего цвета. Так после перерыва заведение снова приветливо встречало жаждующих женской ласки мужчин.
Правда в силу возраста Дрезденше пришлось передать свои полномочия дочери Хельге. Она прекрасно справлялась с возложенными обязательствами, умножая семейное состояние. Помимо распутных красавиц заведение славилось лучшим пивом в городе. Хитрая хозяйка намеренно варила его по древнему рецепту, расказанному ей матерью, ведь охмелевшие мужчины охотнее раскошеливались на ласки работниц. Вот и сегодня в зале было не протолкнуться: все столы были заняты пьяными компаниями.
За одним из столиков, заставленных пенным напитком и рюмками с водкой, расположились четверо офицеров. Ребекка и Франциска почти сразу решили заняться страждущими любви, ведь служивые почти всегда беспроигрышный вариант в плане заработка. Хельга из-за стойки с упоением наблюдала за работой девиц.

Изображение

Непрошло и пары минут, а Ребекка уже уютно расположилась на коленях кучерявого офицера, который что-то шептал ей на ухо. Франциска без зазрения совести строила глазки мужчине, что сидел напротив, и отпускала непристойные шуточки.
В зале царил монотонный гул, напоминавший о пчелином улье. Его неожиданно нарушила одна из девиц. Она опрометью пронеслась вниз по леснице в исподнем белье с криками и воплями. Мужчина, бежавший следом, довольно проворно нагнал ее и, подхватив на руки, понес на верх. Девушка же при этом визжала так, что уши закладывало. Хозяйка разразилась нецензурной немецкой бранью по отношению к девушке, из которой можно было лишь уловить смысл:"Чего визжишь, как свинья, всех клиентов распугаешь!"

Изображение

Девушка еще пару раз ударила нахального мужчину по спине и возмущенно прокричала что-то на голандском. Но, поняв тщетность попыток, сдавась на волю победителя.

Изображение

-И не лень ей невинность разыгрывать? - протянула Ребекка.
-Надеется заработать лишний рубль за свою порядочность, - пошутил офицер, которого девушка "оседлала".
Настроение у данного офицера было хоть куда, да и вообще в собрании всегда отмечали его незаурядный ум и отличное чувство юмора. "Дворянин до мозга костей", - говорили завистники. Волотов Павел Петрович - единственный сын своего отца, наследник огромного состояния. Родственники и знакомые не понимали, зачем далеко небедному аристократу нужны все тяготы военной службы. Но, видимо, во многих дворянских отпрысках присутствует тщеславие и бахвальство, а может...может это просто банальный патриотизм и любовь к Отечеству. Как бы там ни было, но на избалованную неженку Волотов никогда не походил, с легкостью переносил все тяготы службы и был у командования на особом счету, благодаря безрасудной храбрости в сражениях.За что и был отмечен Святым Георгием.
-Бедняжка Эльза, снова этот плут, - проговорила в задумчивости Ребекка.

Изображение

-А в чем дело?- оживился офицер с завитыми кудрями у висков, которого друзья называли Василием.
-Да, не в первой этот картежник фокусы тут кажет. Девчонки уж давно внимание на него не обращают, а Эльза новенькая. Вот и попала, как кур во щи.
-Что за фокусы?
-Ну, если он загаданную карту из колоды вытащит, то выиграл плут.

Изображение

-А что выиграл? - поинтересовался офицер, сидевший напротив Ребекки.
За нее ответил Павел, который теперь нежно возложил свои руки на плечи "даме сердца":
-Ночь любви!
-Бедняжка, - рассмеялся Василий, - так за бесценок лишиться чести...
-В смысле? - спросила Ребекка.
-Ну, судя по несчастному лицу бедняжки Эльзы, она только что проиграла себя!
Все дружно рассмеялись, лишь Фароновбыл безучастен к происходящему.

Изображение

Вечера в обществе дам «полусвета» давно не занимали Александра Ивановича. Все эти женщины вызывали в нем лишь стойкое чувство отторжения и неприязни. Вот и сейчас Ребекка жутко непристойно хохотала, строя глазки его другу Волотову. Одна из барышень и вовсе без зазрения совести удалилась наверх с мужчиной, продемонстрировав всем свое нижнее белье.
Он не особо вникал в суть разговора за столом, пока не услышал фамилию Оболонская.
-…интересно, как поведет себя ее муж в сложившейся ситуации? Не думаю, что он решиться на дуэль в его-то преклонных летах…
- Я не считаю, что история, рассказанная Тушкевичем, правда. Скорее он просто хотел…улучшить свою репутацию. Такая любовница, как Оболонская, делает честь своему обладателю. К тому же скандал с подобной женщиной не может быть не замечен. Ты же знаешь Тушкевича, - уточнил Волотов.
Раздался дружный смех за столом. Вот только Александру Ивановичу было не до смеха. Он был в ярости. Глаза Фаронова метали молнии:
- И что говорил Тушкевич по поводу Оболонской? – он обращался к Павлу Петровичу.

Изображение

Офицера весьма удивила реакция друга. Ведь таким он бывал лишь в моменты сражений.
- Не понимаю, почему вас это столь…
-Так, что он говорил? – перебил его Александр Иванович
-Ну, что, якобы, Оболонская так отреагировала на его появление в театре с Беспаловой. Хотя он неоднократно говорил, что их отношения исчерпали себя…
- Мерзавец! Где его можно найти?
- Александр Иванович, да что с вами?- изумился Волотов.
-По-вашему, этот негодяй может спокойно порочить имя честной женщины лишь потому, что ее муж не способен призвать к ответу мерзавца?!
Реакция друга смутила Павла Петровича. Сидевшие за столом офицеры одарили Фаронова заинтересованными взглядами.
- В любом случае я не думаю, что вам стоит вмешиваться. Это дело ее мужа. Даже, если вас настолько волнует честь графини, что вы готовы ее защищать.
- Вы неверно все истолковали, - пробормотал он смущенно.
-Да?! – изумился Павел Петрович, - тогда почему вас так волнует история Тушкевича, если я все неправильно истолковываю?
Фаронов тяжело дышал.
-Если вы собираетесь…
-Я ничего не собираюсь, - перебил он Александра Ивановича, - Но ваше вмешательство более навредит Оболонской, чем поможет. Вряд ли заявления кого- то вроде Тушкевича будут интересны в свете. А вот из истории о вашей дуэли раскрутят ТАКОЙ скандал: весь Петербург на ушах стоять будет!
Фаронов тяжело вздохнул. Он понимал, что друг прав. Но от осознания сего факта было не легче.
- И что я ничего не могу сделать, чтобы имя… ее имя не упоминалось в превратных беседах нетрезвых мужчин?
Павел Петрович улыбнулся:
-Ну, думаю, вы, вряд ли сможете запретить всем прочим грезить о графине. Она роскошная женщина! – Александр Иванович неодобрительно посмотрел на друга, считая его юмор неуместным.
-Или мечтать о ней сугубо ваша прерогатива? – спросил Волотов лукаво.
Александр Иванович вспылил:
- Как вы смете?! Я…
-Успокойтесь,- перебил он Фаронова, - Я пошутил.
За столом всех очень забавляла перепалка друзей. Александр Иванович почел за лучшее удалиться. В след ему раздался дружный смех.
Фаронов вышел на балкон в надежде, что морозный воздух вернет ему самообладание. Сюда же последовал Павел Петрович.
-Табачку не найдется? – примиряюще поинтересовался он у друга.

Изображение

Они закурили.
-Это так заметно?- спросил с досадой в голосе Фаронов.
-То, что вы неравнодушны к графине? – уточнил Павел Петрович
-Да, - еле слышно ответил он.
-Не очень. Но думаю, вам не стоит больше делать глупостей. Держите впредь себя в руках. Сегодня вы были крайне неосторожны.

Изображение

-Давно вы…- произнес Павел Петрович, помолчав.
Александр Иванович снова вспыхнул:
-Что вы себе позволяете?!
-Успокойтесь. Просто, если честно, я удивлен, что она ответила взаимностью ВАМ…Многие получили отставку.
Он странно на Волотова посмотрел:
-С чего вы взяли, что она ответила мне взаимностью?
-Но разве не в вас причина столь странного поведения графини в театре?
Похоже, этот вопрос искренне удивил Александра Ивановича.
-Не думаю, - проговорил он неуверенно, все еще ошарашенный подобным умозаключением друга.
-Хотите, дам вам бесплатный совет? – поинтересовался Павел Петрович.
-Какой?
-Не питайте иллюзий. Даже, если она ответит вам взаимностью, то никогда не решится уйти от мужа. Да и на что вы станете содержать ТАКУЮ женщину. Одно ее платье стоит дороже, чем вы получаете за год. Для нее это будет лишь мимолетное приключение с офицером…Хотя, если именно это вам нужно - маленькое приключение. Дерзайте, и да соблаговолят вам звезды. Но вот Голицина, похоже, всерьез вами заинтересовалась. С ее приданым…
-Не продолжайте, прошу вас.
Павел Петрович усмехнулся:
-Я понимаю, что по красоте она вряд ли сравниться с Оболонской. Но вот перспектива безбедной жизни…
-Павел! – воскликнул Александр Иванович с укоризной.
-Молчу, - ретировался друг.
И они оба от души рассмеялись.

Изображение

________________________________________________________________
* Жёлтого цвета документ, альтернативный паспорту, который в Российской империи давал право легально заниматься древнейшей профессией. На последней странице ставились медицинские пометки.
Sestra
Новичок в "Симсах"
 
Сообщения: 22
Зарегистрирован: 27 мар 2013, 19:55
В кошельке: 5.00
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 33 раз.

Re: Запретная страсть графини Оболонской

Сообщение Мальвина » 28 май 2013, 17:10

Бедные девушки, а ведь и правда, многих заманивали в публичные дома обманом
Очень понравились описания и конечно же, скрины! Я представляю сколько на них потрачено усилий...везде очень хорошо пойман момент :D
Ну когда, когда же у нашей графини начнется любовь с Сашкой? Буду ждать следующей главы)))
Изображение
Аватара пользователя
Мальвина
Опытный геймер
 
Сообщения: 820
Зарегистрирован: 07 июн 2012, 19:18
В кошельке: 142.00
Откуда: Харьков
Благодарил (а): 204 раз.
Поблагодарили: 338 раз.

Re: Запретная страсть графини Оболонской

Сообщение Sestra » 29 май 2013, 05:31

Мальвина писал(а):Бедные девушки, а ведь и правда, многих заманивали в публичные дома обманом
Очень понравились описания и конечно же, скрины! Я представляю сколько на них потрачено усилий...везде очень хорошо пойман момент :D
Ну когда, когда же у нашей графини начнется любовь с Сашкой? Буду ждать следующей главы)))

Отдельное спасибо за высокую оценку картинок. Времени всегда много уходит, особенно на груповые кадры. Симы они и есть симы. То один не туды смотрит, то у другого ненужное выражение лица. пока поймаешь нужный момент...У меня штук по 10 каждого группового кадра. В итоге, в общем, довольна, но в моей головушке все было, все ж идеальней...
Что касается девушек, то, наверное, это действительно так. Если с самого начала существования подобных заведений, оно ознаменовалось скандалом, дошедшим аж до императрицы (исторический факт).
Насчет любви...Вроде как, она уж у Сашки с Галюнчиком давно началась...В следущей серии будут оба героя. И про чувства будет много информации. Я с текстом закончила. Картинки отсняла. Отфотофошлю их...и скоро выложу проду.
Sestra
Новичок в "Симсах"
 
Сообщения: 22
Зарегистрирован: 27 мар 2013, 19:55
В кошельке: 5.00
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 33 раз.

Re: Запретная страсть графини Оболонской

Сообщение Sestra » 08 июл 2013, 18:55

Глава12. Метания души.

Горы. Лишь палящее солнце. Зной. И вот ты уже ощущаешь себя дичью, которую старательно пытаются зажарить в печи. Жажда. Ужасная и не выносимая, до темноты в глазах. И ты собираешь всю свою волю в кулак лишь бы не броситься к мелкой мутной речушке в низине, где плещется столь желанная вода. И пить, пить. Но ты борешься с собой, стараясь не нарушить приказ командира, осознавая, что эти глотки могут статьь последними в твоей жизни. Об этом красноречиво свидетельствуют мертвые солдаты и офицеры хаотично упавшие вдоль русла реки. Раны и кровь. Липкая и противная жижа, растекающаяся из-под загорающих на солнце воинов русской армии.
-Пить, как хочется пить,- слышится повсюду...


Проснулся Фаронов в собственной постели от жуткой жажды, практически сковавшей его горло. Пересохло не только во рту, но и губы были готовы вот-вот растрескаться от сухости. Он сладко потянулся все еще не в силах открыть глаза и улыбнулся новому солнечному дню, что он будет таковым свидетельствовали лучи, льющиеся из окошка над кроватью и так приятно гревшие лицо.

Изображение

Александр Иванович смутно помнил, как вообще оказался дома. Видимо, вчерашняя водочка оказалась весьма забористой вперемешку с ядреным пивом. С честной офицерской компанией, они просидели практически до утра в трактире, пока не случилась драка и жуткая суматоха.
Плут, что так бессовестно обманул бедняжку Эльзу, подсел за столик к одному из посетителей. Мужчина был сильно навеселе и бездумно сорил деньгами, чем не преминул воспользоваться мошенник, предложив несчастному перекинуться в дурачка. Разумеется, играли не на интерес. После пары проигрышей несмотря на изрядное подпитие дворянин все же сообразил, что его дурят самым наглым образом. О чем с нецензурной бранью сообщил плуту, обозвав его шулером, и потребовал в грубой форме немедля вернуть все проигранные средства. У мошенника на этот счет были другие планы, и он попытался скрыться. Но дворянин схватил его за шиворот и с силой швырнул на пол. На беду борца за справедливость, падая, мошенник опрокинул стол, и все столовые приборы посыпались на пол. Потому, когда победитель наклонился к своему поверженному противнику, чтобы отобрать у него кошель с деньгами, плут, не мешкая, схватился за случайно оказавшийся рядом нож и ударил им дворянина в живот. От боли и неожиданности последний сначала слегка осел, схватившись руками за пропоротое брюхо, а затем и вовсе повалился на пол.
Но сбежать мошеннику, а возможно и убийце, судя по огромной луже крове, которая стала образовываться возле раненого, не дали. Двое из присутствующих мужчин лихо скрутили его, а затем один из них, потребовав у хозяйки бечевку, связал мошеннику руки за спиной. При этом девушка, что сидела с мужчиной за столиком до потасовки и Франциска склонились над несчастным истекающим кровью. Эльза же с ужасом смотрела на происходящее. Девушка застыла от шока и теперь более походила на мраморное изваяние.
Так как управа находилась совсем рядом с трактиром, то вскорости появился исправник, а возле входа выстроились экипажи полиции.
Фаронов не успел разразиться нецензурной бранью по поводу идеи провести время в столь скверном месте, из-за чего теперь они запросто могли лишиться званий, попав в нетрезвом виде к представителям власти, к ним на выручку поспешила хозяйка. Хельга вывела их честную компанию через потайную дверь.

Изображение

Оказавшись в переулке на противоположной стороне от входа в трактир, где представители власти сажали особо буйных посетителей в кареты, друзья поспешили взять извозчика. С трудом разместившись вшестером в хлипком экипаже, они поехали прочь.
Неудивительно, что проснувшись и с трудом протерев опухшие веки, первым, что бросилось в глаза Фаронову...стала полуголая дама с графином воды — Хельга.

Изображение

Александр Иванович схватился руками за голову, мысленно посылая себе проклятия, и с трудом сдерживая приступ тошноты. Она же мило улыбалась и щебетала какие-то немецкие глупости. Женщина присела на край кровати, которая, к слову сказать, не считая стола и стула, была единственной мебелью в маленькой комнатушке. Фаронов жадно припал к протянутому дамой кувшину с водой, а она без особого интереса рассматривала убогое жильё.
Хельга была дамой не первой молодости, да и ее образ жизни никак не способствовал сохранению свежести и красоты, но, тем не менее, женщина была весьма соблазнительна своими выдающимися формами, особенно сейчас, когда разметавшиеся светлые волосы струились по спине и плечам, а несколько прядей обрамляли лицо.

Изображение

-Сколько я тебе должен? - уточнил Александр Иванович, желая поскорее избавиться от столь нежеланной компании.
Дама удивленно вскинула брови и с интересом посмотрела на Фаронова, затем улыбнулась и кокетливо произнесла:
-Александр! Так ведь вас зовут? С недавних пор, я могу себе позволить совершать подобные акты благотворительности исключительно ради собственного удовольствия.
Александр Иванович не ожидал подобного поворота дискуссии, но он и вида не подал, и, не давая немке продолжить свое страстное «признание в любви», потребовал:
-Тогда соизволь покинуть мое скромное жильё, мне нужно одеться!
Хельга громко и заливисто расхохоталась:
-Нет, это весело. Неужто и в правду можно решить, что есть мужские части тела, что еще не попадались мне на глаза.
-И я бы хотел остаться один как можно скорее, - зло процедил он.

Изображение

-Ой, ой прямо кисейная барышня, - шутливо протараторила Хельга все также широко улыбаясь, - Ну, ладно не стану смущать святую непорочность!
Она поднялась с постели и стала торопливо собирать разбросанные по комнате вещи, желая избежать нового приступа недовольства. Фаронов исподлобья наблюдал за действиями дамы, желая лишь как можно скорее избавиться от надоевшей особы.
-Завидую я вашей Гале, - неожиданно мечтательно протянула Хельга, глядя на Александра Ивановича, как на ценный приз, и пытаясь натянуть на себя платье.
-Что? - вскипел Фаронов, - Откуда вы...
-Так ведь давеча вы так страстно шептали мне это имя на ухо, - с неким победным сарказмом произнесла дама, наконец, одолев собственный туалет.
А затем, подойдя спиной к ошарашенному Фаронову, попросила:
-Не сочтите за труд, ваше благородие, застегните мне платье.
Он без особого энтузиазма выполнил просьбу.

Изображение

После облачения в свой наряд дама умелой рукой в долю секунды зацепила волосы на затылке, создав незамысловатый пучок. Уже в дверях, словно впомнив что-то, она обернулась и сказала:
-Да, письмо, что было под дверью, я положила на стол.
-Письмо? Какое письмо? - уточнил Фаронов.
-На дорогой бумаге с красивыми вензелями, - пояснила дама и игривым голосом добавила, - Ну, боец, захотите повторить нашу милую беседу, милости прошу...
Гримаса презрения скользнула на лице Фаронова, а быстро закрывшаяся за гостьей дверь не дала ему возможности наградить немку новой порцией «любезностей».
Избавившись, наконец, от своей спутницы, Фаронов умылся остатка воды из кувшина, стоя на коленях перед небольшой кадкой, что служила ему для этих целей.

Изображение

После водных процедур, которые его здорово освежили и привели в чувство, он решил заняться чтением странного письма.
Сначала Фаронов подумал, что послание от Голициных, но печать…
Александр Иванович с трепетом развернул письмо: «Не может быть! Оболонская приглашает на вечер?! Может она не получила письма? Или если…». Он опустился на кровать.
«Это будет лишь мимолетное приключение с офицером» - почему-то пронеслось в голове. От этой мысли бросило в жар.
«Нет, она не такая, - попробовал убедить он себя, - Но почему тогда она приглашает меня, зная о моих чувствах. Должно быть разумное объяснение этому». Но пока Александр Иванович не мог его найти.
«В одном Павел прав, что наша история не имеет будущего. Даже, если Галя разделяет мои чувства, она никогда не оставит мужа. Бросить подобный вызов обществу?! Да и кем буду я, вынудив любимую женщину отказаться от друзей, родных, лишив ее чести. Рано или поздно она возненавидит меня», - мысль, что Оболонская может его возненавидеть пусть и в далеком будущем, была невыносима.
«Я не хочу делать ее несчастной! Я не могу разрушить ее жизнь! Боже, я не имел права писать о своих чувствах и заставлять страдать самого дорогого для меня человека», - Фаронов был, практически, готов рвать на себе волосы. Он безумно сожалел о глупом решении признаться в любви Галине Григорьевне.
-Эгоист!- крикнул он своему отражению в осколке зеркала, который висел подле кровати.

Изображение

Последующие несколько дней прошли в мучительных раздумьях о необходимости посещения Оболонских во вторник. В конечном счете, было решено, что отказ мог бы натолкнуть на нелепые мысли. Например, что его признания были неискренними. Или того хуже, что он лишь хотел посмеяться над чувствами Галины Григорьевны. К тому же, подобное трусливое поведение никогда не было свойственно Фаронову. Он привык отвечать как за свои действия, так и за их последствия.
Еще ему внушала надежду фраза «мы с мужем», написанная в письме, что могло означать неверную трактовку приглашения.
«Возможно, меня ждет серьезный разговор с ее мужем. Это вполне вероятно, если, оскорбившись подобными признаниями, она показала письмо графу», - подобное умозаключение успокоило Фаронова, и он стал собираться на вечер.

Последние несколько дней перед приемом Галина Григорьевна старалась не думать ни о чем. Избавиться от всех мыслей сразу было сложно, даже невозможно. Но первое, что приходило в голову, когда она немного ослабляла бурную деятельность по освобождению от ненужных дум, был бред. Бред выжившей из ума женщины: она в объятьях Сашки, его крепкие и сильные руки ласкают ее, нежные губы соприкасаются с ее и скользят вниз по шее, от его жаркого дыхания кожа воспламеняется в неудержимом порыве желания…
-Это невыносимо! – Галина Григорьевна попыталась остановить поток буйных фантазий, нахлынувших с новой неистовой силой. Она думала, что данная фраза была произнесена мысленно, но, судя по реакции мужа, графиня поняла, что прокричала ее вслух. Он смотрел на нее с беспокойством:
- С вами все в порядке, дорогая?
Ничего глупее Борис Михайлович не спрашивал за все время их совместной жизни. Ответ был еще более нелепым:
-Да, дорогой.

Изображение

Она постаралась, чтобы фраза прозвучала как можно спокойнее и увереннее, а затем поспешила удалиться к себе.
Последнее время граф раздражал Галину Григорьевну больше, чем когда-либо. Его шаркающая походка, шепелявый голос, трясущиеся руки и забывчивость выводили из себя Оболонскую. Хотя и без того она находилась на пределе, в жутко взвинченном состоянии. Нервы ее были словно натянуты в тугую струну и могли вот-вот лопнуть от любой мелочи.
«Почему муж раздражает меня сегодня сильнее, чем обычно, ведь он делает тоже, что и всегда?!»,- не понимала Галина Григорьевна.
На этот вопрос она не хотела знать ответ, но он напросился сам собой, возникнув в ее голове: « Я не люблю его. Он всегда был противен мне, чтобы не делал. Этого никогда не изменить! А сейчас, когда он является единственным препятствием моему желанию быть с любимым человеком…»
Хотя она лукавила и обманывала себя. Не наличие мужа, а пресловутые обеты, данные перед алтарем, не давали ей покоя. По своей сути Галина Григорьевна была человеком верующим, и клятвы, произнесенные в церкви, не были для нее пустым звуком. К тому же рано оставшись без матери и воспитывая отцом, Оболонская унаследовала черту более свойственную мужчинам, чем женщинам: отвечать за свои слова и поступки. Мальчикам с детства внушали, что они будущие главы семейства, а потому должны уже сейчас учиться думать о последствиях принятых ими решений. Отец Галины Григорьевны хотел сына, а потому и воспитывал дочь соответственно.
В общем, издержки мужского воспитания, проросшие на почве веры, которую привила ей набожная нянька, теперь не давали поступить графине легкомысленно и безнравственно. Внутри шла постоянная борьба между чувствами и долгом, разумом и сердцем, грехом и добродетелью…
Упав на колени перед распятием, Галина Григорьевна начала неистово молиться. Но молитва не приносила облегчения. Ей казалось, что она стоит на краю бездны и готова с радостью броситься в пропасть.

Изображение
Последний раз редактировалось Sestra 17 авг 2013, 06:08, всего редактировалось 1 раз.
Sestra
Новичок в "Симсах"
 
Сообщения: 22
Зарегистрирован: 27 мар 2013, 19:55
В кошельке: 5.00
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 33 раз.

Re: Запретная страсть графини Оболонской

Сообщение Мальвина » 08 июл 2013, 19:55

О, новая глава!
Честно говоря не ожидала, что Галя настолько верующая. Я думала, она наоборот решительно сделает все,чтобы быть рядом с любимым. Несмотря на нравы того времени.
Но именно не предвиденные действия и делаю историю интересной)
Интересно, как все обернется дальше? Особенно меня интересует ужин у Оболонских.
С нетерпением буду ждать следующей главы)
Изображение
Аватара пользователя
Мальвина
Опытный геймер
 
Сообщения: 820
Зарегистрирован: 07 июн 2012, 19:18
В кошельке: 142.00
Откуда: Харьков
Благодарил (а): 204 раз.
Поблагодарили: 338 раз.

Re: Запретная страсть графини Оболонской

Сообщение Sestra » 16 авг 2013, 23:17

Глава13. Вечер в кругу друзей.

После последнего случая в столовой, когда Оболонская повела себя весьма странно, Борис Михайлович все чаще досаждал графине излишней заботой.
Вот и сегодня утро началось с настойчивых просьб отменить запланированный вечер, ведь все это излишние хлопоты и суета, вредные для здоровья дражайшей супруги. Галина Григорьевна еле сдерживала себя, чтобы не вспылить мужу. Не могла же она, в самом деле, объяснить причину, по которой ни за что на свете она не отменит сегодняшний прием!

Изображение

Борис Михайлович, убедившись в тщетности своих просьб, стал настаивать хотя бы на том, что жене непременно необходимо посетить врача: здоровье – это не шутки. Лишь бы избавиться от надоевшего присутствия мужа в опочивальне Галина Григорьевна согласилась с доводами супруга и пообещала навестить доктора в ближайшее время. Наконец, граф был удовлетворен и с чувством значимости собственной персоны для просвещения молодой супруги удалился в свои покои, а графиня смогла приступить к подготовке туалета к приему.
Никогда прежде Оболонская столь тщательно не подбирала наряд для домашних торжеств. Галина Григорьевна напрочь замучила горничную, заставляя ее снова и снова перебирать платья.

Изображение

И, наконец, графиня все ж решила остановить свой выбор на наряде более подходящем для официального явления к Императору, чем для скромного вечера в кругу друзей. О чем сию же минуту через челядь* сообщила мужу.** Хотя Борис Михайлович весьма удивился выбору жены, но спорить с ней не стал, а потому с помощью слуги облачился в дорогой костюм из светло-бежевой парчи и коричневого шелка.
Галина Григорьевна так увлеклась собственным туалетом, что едва успела окончить его к приезду первых гостей.
Встретившись с Борисом Михайловичем в парадной, они стали приветствовать друзей и знакомых, приглашенных на сегодняшний вечер.
В числе первых приехали Ольга Павловна и Платон Алексеевич. Графиня пришла в восторг от неожиданного визита сестры и тут же заключила ее в дружеские объятия, а затем расцеловала в обе щеки с громким ликованием:
-Оленька! Радость то какая! Я уж и не чаяла, что вы почтите мой скромный вечер своим присутствием.

Изображение

-Скромный? – рассмеялась кузина, - Когда это ваши вечера были скромными?! Вот и сегодня говорят, у вас будет сам князь Неделинский-Мелецкий. C'est vrai?***
- Oui, но я не понимаю, чем вас так вдохновил Юрий Александрович, что вы даже сестру решили навестить…
Ольга Павловна несколько растерялась от укоров графини, но тут же нашлась. Как известно: «Лучшая защита – это нападение» , потому , надув губки, кузина произнесла:
- Галенька, полно вам дуться. Говорят, на обиженных воду возят. Вы вот тоже все в гости обещаетесь, но племянника так и не видели еще.
-Ведь не положено…
-То чужим не должно, а вы для меня самая что ни на есть родная. Если бы не ваша поддержка…
Борис Михайлович, улучив момент, испросил дозволения покинуть родственников, чтобы поприветствовать прибывших Аракчеевых.

Изображение

-Все то хорошо, что хорошо кончается. Как ваш папенька?
- Не хворает, - дежурно ответила Ольга Павловна и лукаво добавила, - и простил непутевую дочь после рождения Гришеньки. Ах, Галенька, если бы я знала, что когда-нибудь стану столь скандальной особой, что мужа чина лишат…
Оболонская по-доброму улыбнулась сестре:
-Кто старое помянет, тому глаз вон! – и серьезно добавила, - Завидую я вашей смелости…тайно венчаться против воли родителей.
Ольга Павловна слегка покраснела, а ее супруг – Платон Алексеевич нежно приобнял жену за плечи и сказал:
- Галина Григорьевна, правда, не стоит о прошлом. Все уж быльем поросло…
Сестра Оболонской бойко перебила мужа:
-А я даже рада, рада, Платоша, что вас разжаловали. Нипочем мне вдовой становиться раньше времени! Разве вы не знаете, что опять компанию затевают на Кавказе?
Галина Григорьевна смущенно улыбнулась:
-Оленька, вы же знаете, что я не интересуюсь политикой.
В это время Борис Михайлович решил вернуться к оставленной компании родственников, но, увидев подобный маневр, кузина ретировалась раньше, даже не скрывая неприязни к свояку:
Галенька, не будем мешать вам гостей встречать.

Изображение

Александр Иванович лишь однажды утром был у Оболонских, но величественный особняк для отделки фасада которого не пожалели позолоты в вечерних сумерках выглядел совсем иначе: более таинственно и роскошно. Огромное строение поразило Фаронова своим размером. Оно казалось нынче гораздо больше из-за обмана зрения, ведь впотьмах здания, всегда, смотрятся более громоздко, когда они являют собой источники света. А особняк был просто залит им изнутри и снаружи, благодаря внешним фонарями, расположенным на перилах балконов. Его можно было разглядеть издали: за несколько кварталов от места расположения.

Изображение

«Не дом, а дворец», - подумал Александр Иванович, выйдя из кареты.
Ему было сложно представить, что девочка, с которой они играли в догонялки, теперь является хозяйкой такого архитектурного шедевра, а потому он уточнил у кучера:
-Это дом Оболонских? Ты уверен?
Тот огрызнулся:
-Обижаешь, барин. Кто же дома Галины Григорьевны не знает? Каждый вторник свожу сюда то поэтов, то музыкантов, не имеющих своего экипажа.
В парадной Фаронова встретил привратник в шутовском одеянии. Александр Иванович протянул ему приглашение.
-Добрый вечер,- расплылся слуга в дежурной улыбке,- вы немного припозднились, Александр Иванович. Обычно, гости приезжают к восьми…
-Я не знал, - пробурчал Фаронов.

Изображение

- О, не страшно,- сказал дружелюбно дворецкий, помогая снять шинель и забирая шляпу,- Просто хозяйка сама встречает всех гостей и будет огорчена, что не дождались вас. Проходите. Я доложу Галине Григорьевне о вашем прибытии.
Оболонская сидела на диване ослепительно красивая. Надетые драгоценности завораживали своим великолепием. Огромные рубины, окаймленные множеством бриллиантов, сверкали в серьгах и колье. Платье вызывающе-яркое нежно струилось по бедрам, подчеркивая прелести фигуры. Она разговаривала с высоким полным мужчиной в жутком парике увлеченно или делала вид, что собеседник ей интересен.

Изображение

В любом случае, увидев Александра Ивановича, на щеках графини проступил легкий румянец. Она поспешила навстречу к Фаронову, минуя шествовавшего впереди дворецкого.
-Добрый вечер, Александр Иванович. Мы вас уж и не ждали, - сказала она как можно спокойнее. Хотя в голосе была еле заметна дрожь от волнения. Если бы Фаронов не знал так хорошо графиню, то сей факт ускользнул бы от его внимания. Она прекрасно контролировала свои эмоции.
-В приглашении не было времени и так, как я не бывал у вас ранее, мне не хотелось быть некстати.
-Какие право глупости,- сказала Галина Григорьевна небрежно и добавила многозначительно,- Вы не можете быть некстати.

Изображение

Александр Иванович смутился. Поведение Оболонской не вязалось с ролью оскорбленной женщины. Но и мысль, что это не первое «мимолетное приключение», он готов был гнать поганой метлой.
В этот момент невысокий полноватый мужчина в камзоле салатового цвета закончил свой монолог фразой:
- Для них пожертвовать собою
И тайну ту хранить в себе,
Чтоб счастлива была ты мною,
А благодарна лишь судьбе.****

И в зале стали слышаться настойчивые просьбы присутствующих гостей:
-Галина Григорьевна, вы обещали. Просим вас! Сыграйте, душенька!
-В библиотеке, - шепнула она еле слышно.
У Александра Ивановича все обмерло внутри. Он стоял ошарашенный, не в силах пошевелиться. Обретя способность двигаться, Фаронов поспешил разыскать библиотеку.

https://disk.yandex.ru/public....Fj5k%3D]Музыка ангелов.Моцарт
Галина Григорьевна играла одину из композиций Моцарта. Игра не занимала ее, и пальцы лишь машинально пробегали по знакомым нотам. Она удивлялась своей решительности: самой назначить встречу!
«Представляю, что он думает теперь обо мне…хотя нет, не представляю»,- думала она в то время, как руки легко порхали над клавишами. Галина Григорьевна не знала, что даст ей встреча наедине с дворянином Фароновым Александром Ивановичем. Его нынешний титул так не вязался с пресловутым «Сашкой». Все это звучало смешно и нелепо. И она слегка, лишь кончиками губ улыбнулась своим мыслям.
Самое удивительное, что Оболонская и сама не понимала для чего, она все это делает. Зачем продолжать агонию, когда результат заранее известен: она останется в прежнем муравейнике. Хотя нет, ее окружение более напоминало болото с кучей мерзких лягушек в напудренных париках и окаймленных дорогими украшениями. Подобные мысли у Галины Григорьевны снова вызвали приступ гнева: «Скучные глупые жабы, квакающие в своем болоте! И оно все больше затягивает меня вглубь трясиной. Выхода нет. Разве можно вытащить себя из подобного положения лишь за соломинку, коей являются мои чувства к Сашке?! Да, и всем известно, что чем сильнее сопротивляешься трясине, тем глубже она затягивает тебя в свой плен!»
Графиня старалась не думать о тех надеждах в душе Александра Ивановича, что могло породить приглашение. Но ей жизненно необходимо увидеть его сегодня, завтра, всегда, каждый день. Он, как глоток свежего воздуха, нужен ей, чтобы не задохнуться.
Пришедшая в голову мысль о физической измене больно обожгла все внутри. Предательство. Грех. Какие страшные слова и сколь заманчивыми они представлялись Оболонской в последнее время.
Мимолетный взгляд, вычленивший из толпы внимательных слушателей лицо мужа, который старательно перелистывал партитуру, почему-то кольнул сердце графини жалостью. С новой силой нахлынули мысли о стыде и Божьей каре…
«Нет, никогда я не смогу преступить рамки дозволенного, поступить против совести. Никогда!» - с горечью подумала Галина Григорьевна.

Изображение

Закончив менуэт, она извинилась и исчезла, якобы, распорядиться насчет наливки…
Библиотека Оболонских была огромна. Произведения всевозможных авторов красовались на полках книжных шкафов. Чтобы перечитать их все пришлось бы потратить годы, а то и всю жизнь. Тем не менее, ровные ряды книг, выстроенные на полках, внушали спокойствие. Обстановка располагала к непринужденной беседе. Фаронов прислушивался к звукам фортепиано, доносившимся из гостиной, пытаясь уловить окончание менуэта.
Наконец, музыка стихла. По прошествии нескольких минут дверь отворилась. Он обернулся, услышав шаги. Их глаза встретились. По ее телу вновь пробежала дрожь, как тогда в театре. Но сейчас не было никого, кто мог бы остановить порыв броситься на шею. Галина Григорьевна оказалась в объятьях Сашки. Он нежно целовал ее лоб, щеки, едва касаясь губами. И вот, наконец, губы их слились воедино. Оболонская стала жадно отвечать на поцелуй.

Изображение

Он вышел долгим, страстным, неистовым. Галина Григорьевна не заметила как оказалась у стены, а поцелуи стали настойчивее, требовательнее, жарче. Она чувствовала лишь его горячее дыхание. И ничего в мире не было прекраснее этого ощущения.

Изображение

Он нежно гладил ее волосы и шептал:
-Галя, Галенька.
От того, как Сашка произносил ее имя, Оболонской хотелось летать или петь. Он же не мог дать ответа тому, что произошло. Не иначе они оба потеряли рассудок одновременно. Никто не хотел говорить, а, может, особо сказать было нечего. Им было просто хорошо молчать вместе. Они стояли обнявшись, не говоря ни слова.
Через некоторое время Галина Григорьевна отстранилась и села в одно из кресел, стоявших у шкафа. Фаронов опустился подле нее на колени. Он смотрел в глаза графини. На лице отразилась внутренняя борьба. Он был в оцепенении. Слов не было, мысли проносились молниеносно в голове одна, сменяя другую:
«Это неправильно. Я должен уехать. Если я уеду все в ее жизни будет как прежде…. Нет, не будет…Я не смогу уехать. Не видеть ее более... Тогда зачем жить?!»
Сама мысль о необходимости расстаться с Оболонской была ужасна, а потому лицо его исказилось болью.
-Саша…, - начала Галина Григорьевна и тут же сбилась, покраснев.

Изображение

Вдруг нахлынули слезы, и она ничего не могла поделать с ними. Фаронов осторожно обнял ее, пытаясь успокоить.
-Я люблю тебя, - всхлипывала Галина Григорьевна на его груди.
-Я делаю тебя несчастной, - с горечью проговорил Фаронов.
Оболонская освободилась от его объятий и легко провела рукой по взъерошенным волосам.
-Я никогда не была более счастлива, чем сейчас, - сказала она тихо.
Затем дыхание графини участилось, губы слегка приоткрылись. Сильное волнение читалось во всем ее виде, когда она задала вопрос:
- Ты, действительно, любишь меня? Ты уверен?
Александр Иванович посмотрел на нее как на душевнобольную.
-Как ты можешь сомневаться?! Я люблю тебя настолько, что, не задумываясь, отдам жизнь ради твоего счастья! – горячо воскликнул он.
-Я не могу жить без тебя, - прошептала Галина Григорьевна со страдальческой миной на лице.
Такая же мука, как в зеркале отразилась в глазах Фаронова.
-Что мне сделать, чтобы ты была счастлива? Я сделаю все, что ты хочешь, только скажи! - почти кричал он в исступлении.
-Александр, тише! – вдруг спохватилась графиня, что их столь деликатный разговор могут услышать посторонние уши.

Изображение

Она закусила нижнюю губу, словно пытаясь уберечь себя от необходимости говорить доводами рассудка. Затем встала, подошла к окну и уставилась невидящим взглядом сквозь стекло на ночной город.
-Саша, я ,действительно, люблю вас. Люблю вашу одержимость жизнью, ваш задор, силу, упрямство. Люблю настолько, что, иногда, это чувство затмевает мой разум. Но одно я знаю точно, я никогда не буду счастлива, преступив установленные церковные догмы. Есть обеты, которые нельзя нарушить, - на этой фразе голос графини предательски дрогнул, а по щекам заструились слезы, - Я никогда не смогу любить вас той любовью, которую вы ждете от меня. Я могу любить вас, как брата, как друга. Но это не то, чего бы вам хотелось. Так ведь?

Изображение

Фаронов молчал. Он давно уже потерялся в лабиринте собственных мыслей. Потерялся еще, когда получил приглашение, когда в душе полыхнула надежда…И вот тетерь…друг, брат. В этот момент он боялся дышать, не то что нарушить тишину своим ответом.
Галина Григорьевна продолжила монолог:
- Я буду крайне несчастной, поступив против чести. Во мне нет той силы, что позволила бы мне поступить против Бога. Я знаю рано или поздно тяжесть содеянного убьёт меня.
Она повернулась лицом к Фаронову с полубезумным выражением, здесь была целая буря эмоций: страх, жалость, скорбь, нежность и страсть. Собравшись с силами, Оболонская продолжила:
- Было ужасно эгоистично с моей стороны потакать своему желанию снова видеть вас. Мы уже не дети, и все не будет, как прежде. Саша, я не думала, что осмелюсь просить вас…,но... уезжайте, уезжайте из Петербурга. Прошу вас…
У Фаронова вдруг пропало желание выслушивать монолог до конца. Он резко развернулся и опрометью вылетел из библиотеки. В дверях Александр Иванович столкнулся с Рубец и чуть не сбил ее с ног.

Изображение

________________________________________________________________
*Челядь (устар.) - дворовые люди, слуги; прислуга в помещичьем доме.
** По правилам хорошего тона того времени костюм кавалера и платье дамы, составляющих пару, должны были гармонировать друг с другом и составлять собой единую композицию.
*** C'est vrai? (с франц.) – Это правда?
****Строки принадлежат Ю.А. Неделинскому-Мелецкому.
Sestra
Новичок в "Симсах"
 
Сообщения: 22
Зарегистрирован: 27 мар 2013, 19:55
В кошельке: 5.00
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 33 раз.

Re: Запретная страсть графини Оболонской

Сообщение Sestra » 30 авг 2013, 20:21

Глава 14. Картель.*
После разговора с Оболонской Александр Иванович решил немедля покинуть ненавистный дом. Если бы он приехал верхом, то, наверное, загнал бы до смерти бедное животное, стремясь совладать с испепеляющем огнем ярости внутри. А так Фаронов бросился чуть ли не под колеса проезжавшему мимо экипажу.
-Стой. Тру, - прокричал испуганный извозчик, пытаясь остановить животное. От резкого натяжения поводьев лошадь, несущаяся на полном ходу, остановилась и встала на дыбы. Лишь по счастливой случайности она не задела копытами Александра Ивановича.

Изображение

-Жить надоело?! Куда прешь, дурак? - напустился на Фаронова кучер, припомнив все самые отвратительные ругательства, которые знал, и лишь затем признал в сводившем счеты с жизнью человеке благородную особу. Выглядел он теперь весьма жалко, видимо, коря себя за несдержанность языка. Он заискивающим взглядом смотрел на офицера, ожидая дальнейшего развития событий.
-На Малашинковский за сколько довезешь? - спросил Фаронов, словно не слышав брани в свой адрес.
Извозчик приободрился, видя, что барин на него зла не держит, и, осмелев, озвучил:
- Думаю, за полчаса доедем, тогда - 50 копеек.
-Э, так не пойдет! Бессовестный грабеж! - возмутился Александр Иванович, - да и нет у меня столько денег при себе.
Кучер оценил уловку и, осмотрев офицера внимательным взглядом, решил проявить снисходительность и снизил цену вдвое.
Всю дорогу Александру Ивановичу хотелось рвать, метать, ломать, громить. Мысленно за время пути он уже бесчисленное число раз избавился от мужа возлюбленной самыми жестокими способами. Ненависть, жгучая ненависть к недостойному мерзкому человечишке разъедала душу, отравляя ее ревностью и завистью. Фаронов всеми силами желал графу самых больших несчастий и мук лишь за то, что он имел права, о которых офицер мечтал. У него была жизнь, о которой бывший холоп и помышлять не мог. Но хуже всего, что рядом с этим дряхлеющим и обрюзгшим дворянином не первой молодости была женщина, которая являлась смыслом Сашкиной жизни.
Галя. Его путеводная звезда. Чей образ Александр Иванович хранил в сердце. Все время разлуки она незримо находилась с ним в самые тяжкие минуты жизни. Ради своей Гали он заставил себя жить там среди ужасов войны, когда беспомощный лежал посреди небольшой поляны. Всего мгновение. Обжигающая, адская боль. И вот он уже на земле среди зарослей высокой травы. Он лежал на спине, распластав руки в стороны, не в силах пошевелиться от чудовищной боли, пронзившей тело. Над ним носились шальные пули, жужжавшие подобно надоедливым мухам. За короткий миг, пока он чувствовал, как из него вытекает жизнь красной теплой влагой, он успел припомнить каждую мелочь, которая с ним произошла с рождения по сию минуту.

Изображение

Александр Иванович смотрел на бескрайнее небо, на облака причудливой формы, что проплывали по нему мимо раненого офицера. Белые невесомые творения природы внушали гармонию и покой. Фаронов даже подумал, что умирать совсем не страшно. Нестерпимая жажда отступила, а боль перестала казаться такой сильной. «Все меняется, люди рождаются и умирают, и лишь небо вечно. И через сто и через двести лет облака все также неторопливо будут проплывать по нему. Они будут, а я — нет», подумал почему то Фаронов. Ему стало горько от этой мысли, но одновременно с этим спокойно.
А потом, потом так ясно предстал перед глазами ЕЕ образ, милый сердцу.
«Я не могу умереть сейчас. Не сейчас, когда я так близок ней», - отчетливо пронеслось в голове.
Ему нестерпимо захотелось жить, дышать, снова почувствовать ее объятия и услышать задорную брань. В Галиных устах любые ругательства звучали, как похвала. И Фаронов нашел в себе силы перевернуться на живот, и ползти к своим сквозь лязг метала, грохот орудий и свист пуль. Он шел к ней медленно, по пластунски, со скоростью улитки, но к ней.
Волотов спас жизнь Александру Ивановичу тогда. Он стал верным товарищем, надежным плечом...
Пару раз Фаронов порывался поехать к другу, изменив маршрут. Но сам себя же и останавливал. Не мог он предстать перед Павлом расклеенным и ранимым, словно кисейная барышня. Друг с его отношением к прекрасному полу не понял бы подобной слабости.
На смену дикой бессильной ярости пришла пустота. Оцепенение. Апатия.
Добравшись до своей каморки, Александр Иванович, лег на кровать, не раздеваясь. Если бы его спросили, о чем офицер думает в данный момент, то ответа бы не дождались. Мало того, что мыслей в голове его не было, так еще и наступило полное равнодушие к окружающей действительности. Так Фаронов и провел ночь, пребывая во сне с открытыми глазами.

Изображение

Утро принесло мысли, но их нельзя было назвать радужными.
После объяснения в библиотеке Александр Иванович еще больше уверился в порядочности возлюбленной. Тем более оскорбительными казались ему заверения Тушкевича о существовавшей между ними связи. Кроме того беседа с Галиной Григорьевной лишила Фаронова последней надежды на взаимность своих чувств. Он не сомневался, что она любит его и была искренна в своих признаниях. Но, зная предмет обожания с детства, понимал, что Оболонская никогда не позволит себе проявить слабость и совершить что-то аморальное. В этом у него не осталось сомнений после вчерашнего вечера. Потому мечты о взаимном счастье казались ему еще более абсурдными теперь.
«На что я надеялся, дурак? Что она все бросит к моим ногам, наплюет на всех и вся и поступит против чести и совести?! Глупец! Зачем? Для чего было стараться стать ей ровней, чтобы еще больше убедиться в той пропасти, что всегда будет разделять нас?», - вот что роилось в голове несчастного влюбленного.
До сего момента все действия Александра Ивановича были направлены на достижение статуса, равного дворянке, быть достойным ее. А теперь...теперь он ясно понимал всю тщетность и напрасность усилий. Никогда им не суждено быть вместе. От таких дум все чаще посещала голову мысль, что смерть станет избавлением от всех страданий. Но не бессмысленная, не глупая и постыдная, а за правое дело.
«А чем защита поруганной чести любимой женщины не повод рискнуть и отдать собственную жизнь?!» - с такими рассуждениями Александр Иванович отправился к другу.

Нельзя сказать, что Волотов обрадовался столь раннему визиту приятеля. По всему его виду можно было сказать, что вечер накануне удался: мешки под глазами, заспанное и слегка отекшее лицо, распущенные несколько взлохмаченные волосы, зачесанные на левый бок.

Изображение

На нем был черный суконный халат с вышитым золотыми нитями орнаментом по краям рукавов, подола, полочек изделия. На спине красовался замысловатый узор, сделанный этими же нитками. Несмотря на то, что халат был перетянут поясом, на котором тоже располагался витиеватый рисунок, полы его были слегка распахнуты и из-под него виднелась ночная рубашка.
Волотов как раз пил чай, пытаясь взбодрить свой спящий организм, о чем свидетельствовала сервировка маленького белого круглого столика в углу комнаты возле старинных стульев с высокими спинками. Сама гостиная, где он принимал своего друга была очень просторной. Может быть такому ощущению способствовал бело-серый цвет, коем она была выкрашена. По углам залы располагались колонны с интересной и необычной отделкой, а по периметру на полу находился барельеф. В центре же помещения располагался дорогой очень красивого плетения ковер, судя по всему персидский.
Суетливая горничная тут же принесла и наполнила вторую чашку для гостя барина, ее даже просить об этом не пришлось.
-Сашка? - удивился Павел Петрович, - Какого черта в такую рань? Совести у вас нет, дорогой товарищ, - сказал с шутливой укоризной Волотов, поднимаясь из-за стола и поспешивший навстречу к другу.
Подобное приветствие позабавило Александра Ивановича, и он даже позволил себе искренне улыбнуться. Фаронову стало неловко, что за своими думами он совсем не подумал о неподобающем времени визита, а потому виноватым голосом произнес:
-Простите, Павел. Я совсем счет времени потерял.
Заявление друга весьма воодушевило Волотова, и Павел Петрович посмотрел на него вопросительно, словно говоря: «Счастливые часов не наблюдают. Ну, и как все прошло с объектом любви давеча?».
Александ Иванович не разделял энтузиазма товарища, да и особого желания рассказывать о произошедшем не было, потому он решил перевести тему разговора в другое русло.
-Судя по вашему виду, вчерашний вечер был весьма не дурен, - констатировал Фаронов.
-О,да! Не жалуюсь, - засмеялся Волотов, и воодушевленно добавил, - Ах, Саша, если бы видели неземное создание, которое я вчера встретил. Какая барышня! Ммм...
-Неужто я теряю друга? Вы решили остепениться?
-О, нет! - расхохотался Павел Петрович, - Слишком я молод, чтобы хоронить себя подле одной особы. Да, и как можно отказаться от других очаровательных прелестниц. Каждая по-своему хороша. Воистину, женщины — это лучшее, что создал Бог!
-Да, но он, вроде как, осуждает подобную несдержанность в любви.
Волотов снова рассмеялся.
-Думаю, у меня будет достаточно времени в старости, чтобы отмолить мои грехи.
-Вы так далеко загадываете? - удивился Александр Иванович.
-А почему нет? Я вот думаю, что умру в преклонном возрасте в окружении детей и внуков, которые будут мечтать поскорее поделить мое наследство, -дворянин весело ухмыльнулся, живо представляя описанную им картину, и продолжил, - А если серьезно, то я кажется влюблен.
-Во вчерашнюю барышню? И кто она?
-Очень притягательная молодая вдовушка, - смачно и сладко протянул Волотов, словно пробуя каждое слово на вкус.
Александр Иванович расхохотался от души и сказал с укоризной:
-Павел,вы неисправимы!
-А я думал, вы за это меня и любите. С чем пожаловали?
Волотов снова заинтересованно посмотрел на Фаронова, всем своим видом требуя подробностей о вчерашних похождениях друга. Игнорируя взгляд, желающий любовных признаний, офицер перешел к сути визита:
-Павел, мне необходимо ваше содействие в поединке в Тушкевичем Я прошу вас быть моим секундантом.
На лице дворянина отразилось полнейшее недоумение от просьбы приятеля, а улыбка сползла с губ. Он даже пару раз потер глаза, пытаясь окончательно прогнать остатки сна и прийти в нормальное состояние. Но сказанное другом никак не укладывалась в голове, а потому Волотов удивленно воскликнул:

Изображение

-Вы с ума сошли? Что случилось то?
Александр Иванович указал взглядом на стоявшие в углу стулья, таким образом предлагая все обсудить сидя. Расположившись напротив товарища, Фаронов начал свои объяснения:
-Я, по-прежнему, считаю своим долгом вступиться за честь Оболонской, даже несмотря на ваши заверения о вреде от моего вмешательства. Кроме того, я не вижу ничего предосудительного в желании защитить любимую женщину от подобных посягательств.
-Она вас просила об этом вчера? - уточнил Павел Петрович.
-Нет, - категорично заявил Александр Иванович, но это не имеет значения. Я считаю, что имею полное право и основания требовать ответа у ее обидчика.
-И какие же позвольте полюбопытствовать? - не унимался Волотов, считая абсурдной саму необходимость подобной дуэли.
-Мы выросли вместе. Я считаю Галину Григорьевну практически сестрой.
-Хм, - усмехнулся Павел Петрович, и лукаво спросил, - сестрой?

Изображение

-Ваша ирония не уместна. Назовите хоть одну причину, по которой я не могу требовать сатисфакции от Тушкевича? - не сдавался Фаронов.
-Подобное право предоставляется мужу...
-Ближайшему родственнику или любому мужчине, считающему, что подобное оскорбление по отношению к женщине касается его лично. При этом муж имеет преимущественное право. Но если он не заявляет подобных требований или неспособен участвовать в дуэли в силу возраста?
-Согласен. Но ее муж, если на то пошло не такой уж и дряхлый старец. К тому же, если оскорбленная сторона не в состоянии участвовать в дуэли, то ее может заменить один из ближайших родственников...
-или друзей. А я для Галины Григорьевны и то, и другое.
-Саша, - тяжело вздохнул Волотов, исчерпав доводы отговорить друга от сумасшедшей затеи.
-Павел, в данный момент единственный волнующий меня вопрос: «Вы будете моим секундантов или нет?».
-Вы все равно не отступитесь? - уточнил Павел Петрович, заглядывая приятелю в глаза пытливым взглядом.
-Нет, - твердо заявил Александр Иванович.

Изображение

-То есть, если я откажусь, вы попросту найдете другого секунданта,так?
- Да, - все также уверенно сказал Фаронов.
-Мне не нравится ваша затея, Александр. Серьезно, но...
-Я знал, что могу рассчитывать на вас, - перебил товарища обрадованный Александр Иванович, хлопнув его по плечу. Волотов горько усмехнулся:
-Хм, а как иначе? Где наша не пропадала! К тому же неужели вы думали, что я пропущу все веселье. Ох, и зададим мы Тушкевичу, он от страха в штаны наложит, - попытался перевести все в шутку Павел Петрович.
-Вы не поняли. Я не собираюсь его просто попугать, уточнил Фаронов.
-То есть?
-Мы будем драться до первой крови.**
От удивления глаза дворянина чуть не вылезли из орбит, а брови стремительно поползли вверх:
-Саша, вы хорошо себя чувствуете? Из-за подобной глупости...
-Это не глупость! - горячо воскликнул Александр Иванович, - И если вы так считаете, то думаю, что зря я решил выбрать вас своим доверенным лицом!

Изображение

-Хорошо, - примиряюще произнес Волотов, - давайте все обсудим спокойно. Первое, существует строжайший запрет на дуэли и в случае, не дай Бог, смерти одного из участников не поздоровится всем, включая секундантов. Второе, зачем нужно настолько рисковать жизнью? Даже пары выстрелов в воздух с 30 шагов было бы достаточно, чтобы у Тушкевича от страха пропал дар речи надолго. Я имел некое несчастье быть с ним знаком, потому знаю о чем говорю. Даже после вызова думаю он и так впредь попридержит свой язык. Саша, в чем причина такой категоричности? Что случилось?
Говорить о своих душевных порывах и терзаниях с другом не хотелось, но и сказать нужно было что-то после столь основательной речи.
- Павел, прошу вас, не задавайте мне вопросы.
- Она отказала вам? - догадался Волотов.
Александр Иванович опустил голову и принялся рассматривать носы своих сапог.

Изображение

-Вы понимаете, что это глупо? Что и кому вы докажете? Если это способ произвести на нее впечатление, чтобы она пожалела о своем решении, то это вдвойне глупо. Вряд ли, она станет вас оплакивать всю оставшуюся жизнь. Да и вам после смерти будет от этого ни жарко ни холодно. Одумайтесь. Вокруг столько женщин...
- Давайте обсудим условия дуэли, перебил своим предложением Фаронов друга, игнорируя его доводы и стоявший на своем.
Волотову ничего не оставалось, как сдаться.
После уточнения всех формальностей предстоящей дуэли Павел Петрович отправился с картелью к Тушкевичу.

_________________________________________________
*Картель - письменный вызов на дуэль (устар.).
** Особый вид дуэли, которая заканчивалась лишь с ранением одного из участников. Вызвать на нее можно было лишь за нанесение особо тяжкого оскорбления. Например, обвинив даму в ФИЗИЧЕСКОЙ неверности мужу.
Sestra
Новичок в "Симсах"
 
Сообщения: 22
Зарегистрирован: 27 мар 2013, 19:55
В кошельке: 5.00
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 33 раз.

Пред.След.

Вернуться в Истории о симах

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 4